Пароходство по Волге между Тверью и Рыбинском прекратилось еще во второй половине июня и, по всей вероятности, в настоящем году оно уже и не возобновится. Так с каждым годом падает пароходство в верховьях Волги. Лет десять-пятнадцать тому, для пароходных рейсов затруднителен был месяц август, по причине сильного упадка воды в Волге: но и при этом пароходные сообщения не прекращались вплоть до осенних заморозков. При упадке воды они только совершались медленнее; случалось, что от Твери до Рыбинска приходилось плыть суток трое-четверо, но все же они не прекращались не вовремя. Лишь в последние годы наше пароходство начало пасовать уже с половины лета, или всячески замедляя свои рейсы, или на недели и на целые месяцы совсем прекращая их. И недалеко то время, когда верхневолжское пароходство сохранится только в предании, а сама Волга, в своих верховьях, превратится в ничтожную речонку, только и пригодную для плаванья по ней в каких-нибудь утлых челнах.
Так, живущими на берегах Волги давно уже замечено чрезвычайно быстрое, с каждым годом, обмеление ее. Камни, три-четыре десятка лет тому совсем не видимые из глубины ее, теперь обозначаются сейчас же за спадом весенних вод. Там, где совершенно свободно ходили первые пароходы «Тверь» и «Рыбинск», громадные по объему, теперь уже и плоскодонная мелочь или только ползает по песку, или тычется на камни, доставляя пассажирам удовольствие среди половины пути бросать пароход и продолжать свой путь по образу пешего хождения, как это было, например, в прошлом июне.
Откуда же беда?.. Вследствие чего славная в былые времена своим многоводием Волга превращается в ничтожную речонку?.. Вследствие тех же причин, по которым судоходные у нас когда-то реки теперь представляются жалкими ручьями, через которые, по пословице, уже куры бродят. Беспощадное истребление в верховьях Волги, и особенно при истоках ее, лесов, принадлежавших Нилово-Осташковскому и Селижаровскому монастырям – вот главная причина быстрого обмеления ее. Особенно важно истребление знаменитых по всей Волге «селижаровских» лесов, служивших главным материалом для построения барок и для прочных строек в городах и селениях по всему Поволжью; с их истреблением потерял все свое значение и один из главных притоков Волги в ее верховьях – это буйная Вагуза, которая обыкновенно начинала весенний ледоход. И уж пусть бы истребление совершалось с какою-нибудь разумной целию, вроде осушения болот и превращения этих десятков тысяч десятин в почву, пригодную для земледелия, или, по крайней мере, для пастбищ – нет собственно и единственно ради скорейшей наживы тех, от кого зависела распродажа этих, многими веками подготовлявшихся природой богатств. И вот, там, где природа хранила неисчерпаемые водные запасы для рек, теперь уже сухмени, ни для чего не пригодные и ни для кого не нужные.
Но, несмотря и на лесоистребление, все-таки еще была бы возможность поддержать пароходство в верховьях Волги, если б принялись серьезно за очистку ее серьезно, а не ради только наживы от этой очистки. Были попытки очистить ее от песчаных заносов и от камней, которые в некоторых местах тянутся грядами от одного берега до другого, попытки, стоившие казне весьма немалых сумм. Но пользы из них не вышло никакой. Против заносов воздвигали так называемые плотины и добились только того, что песок, весенней водой прибиваемый к этим плотинам, образовал мели, летом едва покрываемые водой, а от камней очищались больше берега, чем фарватер реки, вследствие чего гряды как были, так и остаются почти непроходимыми. Да и теперь как будто все еще продолжаются попытки улучшать это водное сообщение: так называемые береговые смотрители в роскошных яликах разъезжают по Волге, а по берегам ее из досок устраивают будки, ярко раскрашенные, воздвигают что-то вроде обсерваторий, ослепляющих глаза своей пестротой и даже с фонарями наверху, и т. п.; на все это, разумеется, расходуются тысячи казенных денег; а польза?.. Без сомнения, польза немалая, но только не делу, не напрасно же место берегового смотрителя приравнивается хорошему поместью. Нет, не от этих и им подобных господ можно ожидать чего-либо действительно полезного для поддержания у нас пароходства; необходимо что-либо иное.
И чего бы ближе приняться за это дело пароходным обществам, хотя бы, например, «Самолету», забравшему в свои руки монополию сообщения между Тверью и Рыбинском?.. Насколько выгодна для него эта монополия, в этом легко убедиться и не заглядывая в его отчеты. Первые рейсы между названными городами обыкновенно совершаются каждый день, и пароходы всегда переполнены пассажирами, не только палубными, но и каютными; кроме того, палубы всегда загромождены массой товаров, особенно из Кимры, и всевозможных продуктов, развозимых из столиц и в столицы. При таком движении неужели не возможна для общества затрата ради очистки фарватера Волги хотя бы только от камней – и притом затрата не по казенному способу, с вековечным продолжением ее, а единовременная, потому что вытащенный из воды камень не вернется туда обратно, если не столкнуть его нарочно. И не вознаградилась ли бы такая затрата даже одним летом, в сравнении с убытками, какие приходится нести обществу от прекращения пароходства на целые месяцы? Если рейсы и по четыре раза в неделю, как это делал «Самолет» во вторую половину лета, оказывались слишком недостаточными, особенно пред Нижегородской ярмаркой, во все время продолжения и по окончании ее, то сколько же он должен потерять теперь, с прекращением рейсов на все это время?.. А теперь это неизбежно предстоит и во все последующие годы, потому что Волга без серьезной и добросовестной работы для очистки ее, само собой, уж никак не сделается удобной для пароходства.
Если от безвременного прекращения рейсов теряет самолетская компания, то еще больше страдает масса тех, которым предстоит необходимость съездить в Тверь, в столицы и обратно… Из калязинских, кашинских и углицких местностей, при отсутствии пароходства, обыкновенно отправляются чрез станцию Савелино на Рыбинско-Бологовскую дорогу. Но, не говоря уже о том, что эта дорога не считает нужным печатать где-либо объявления о времени прихода и отхода поездов, сколько еще возни с ямщиками, пользующимися при подобных случаях возможностью прижать пассажиров!.. Странно, во всех сколько-нибудь цивилизованных странах устроены правильные способы передвижений, без всяких стеснений для всех, имеющих в них нужду; лишь только на Руси православной нельзя двинуться куда-либо, чтобы не сделаться сейчас жертвой всевозможных эксплуататоров. Неужели так трудно хоть бы в этом только водворить какой-либо порядок?
Беллюстин.
(Из газеты «Волжский вестник», 1885 год, 18 (30) августа, № 190, стр. 2. Материал предоставлен Алексеем Александровым)
Упоминаемые суда: Тверь, Рыбинск.
Упоминаемые судовладельцы: «Самолет», общество акционерное пароходное..